Конституционный суд России (КС) вынес важное постановление под номером 18-П, в котором отметил существующий пробел в правовом регулировании института приобретательной давности. В частности, КС указал, что пункт 3 статьи 234 Гражданского кодекса (ГК) не дает ясного ответа на вопрос о возможности сложения сроков давностного владения при переходе имущества от одного владельца к другому через договор. Это приводит к разнородной практике судов: одни считают, что сроки складываются, а другие — нет. КС подчеркнул необходимость единообразного применения практики, чтобы устранить правовую неопределенность.
Эти выводы суд был вынужден сделать в ходе рассмотрения дела, где четыре инстанции, включая Верховный суд, отказались складывать сроки владения между предыдущим и новым владельцем, основываясь на том, что последний приобрел имущество, а не получил его в рамках универсального правопреемства. КС, однако, счел такие аргументы неубедительными, отметив, что это может способствовать выбыванию имущества из гражданского оборота. Суд предложил временный порядок, в рамках которого давностный владелец может передавать имущество другому лицу, а новый владелец будет вправе прибавить к своему сроку владения период, за который владел предыдущий собственник.
Мнения юристов по данному вопросу оказались разными. Некоторые выразили поддержку позиции КС, подчеркивая, что это шаг к устранению правовой неопределенности, другие, однако, опасаются, что новое регулирование может сделать правовые нормы чрезмерно сложными. Прогнозируется, что законодатель может внести изменения в ГК, уточняющие возможность сложения сроков при сингулярном правопреемстве.